Иркутский областной краеведческий музей. 400 000 экспонатов, смотрите видео:
Видео. Сибирский хронограф.
Грищев Валентин Александрович к 295-летию со дня рождения И.Г.Гмелина и
к 300-летию со дня рождения Г.Ф. Миллера
ИССЛЕДОВАТЕЛИ СИБИРИ
ИОГАНН ГЕОРГ ГМЕЛИН И ГЕРАРД ФРИДРИХ МИЛЛЕР
(часть первая)
В Отделе книжного фонда Иркутского областного краеведческого музея (ОКФ ИОКМ) хранится старинная рукопись неизвестного автора - «Летопись города Иркутска 1652 – 1763 годов». Данная летопись является самой ранней из всех известных. Рукопись была подарена библиотеке Восточно-Сибирского отдела Императорского русского географического общества (ВСОИРГО), наследником которой является ОКФ ИОКМ, не позднее 1889 г. Подарил её член ВСОИРГО, иркутский купец Митрофан Васильевич Пихтин (1).
В этой летописи под 1736 г. записано: «Прибыли в Ыркуцк господа профессор Герард Фридрик Миллер, дохтор Иван Георг Гмелин со свитою» (2). Так скромно отмечает автор начальной иркутской летописи событие поистине эпохальное в деле изучения Сибири - прибытие в Иркутск членов академического отряда второй Камчатской экспедиции или, как её ещё иначе называют, Великой Северной экспедиции профессоров Санкт-Петербургской Академии Наук Герарда Фридриха Миллера и Иоганна Георга Гмелина.
Академический отряд выехал из Санкт-Петербурга летом 1733 г. Шестого декабря 1734 г. он был уже в Енисейске, а восемнадцатого февраля 1735 г. – в Иркутске. Затем по последнему санному пути члены отряда И.Г.Гмелин, Г.Ф.Миллер, рисовальщик Люрсениус, переводчик Яхонтов и студент Горланов переправились через Байкал в Селенгинск. Весной и летом 1735 г. они объехали земли за Байкалом, побывали в Кяхте, Читинском остроге, Нерчинске, где кроме всего прочего исследовали древние памятники и древние рудные копи (3). В последней декаде сентября 1735 г. они из Забайкалья с трудом добрались до Иркутска.
В январе 1736 г. члены отряда выехали из Иркутска на Лену, стремясь к главной цели своего путешествия - Камчатке. Миновав остроги Балаганский, Братский, а также Илимск, они прибыли в Усть-Кутский острог. Дождавшись в Усть-Илгинской деревне вскрытия Лены, отряд на шести дощаниках и шести каюках 27 мая отплыл вниз по Лене в Якутск, и достиг его 11 сентября 1736 г.
Здесь в обществе Витуса Беринга, руководителя второй Камчатской экспедиции ученые провели зиму 1736 – 1737 г.г., намереваясь весной и летом добраться до Камчатки. Однако им не суждено было побывать на Камчатке. На Камчатку они решили отправить вместо себя студента Степана Крашенинникова и адъюнкта Г.В.Стеллера (в конце 1737 г. он должен был выехать из Санкт-Петербурга в связи с просьбой Гмелина прислать ему помощника). Девятого июля 1737 г. учёные проводили С.Крашенинникова на Камчатку. Сами же направились в Киренский острог. И.Г.Гмелин остался в этом остроге, а Г.Ф.Миллер поехал в Иркутск. В Иркутск же, но уже 12 марта следующего года через Верхоленск прибыл Гмелин. Хотя профессора и ссылались на то, что местные власти не способствовали их продвижению на Камчатку, но нужно честно сказать, что они и сами не очень-то хотели туда поехать. Во всяком случае, второго августа 1738 г. они отправились вниз по Ангаре и Тунгуске до Енисейска. Сюда же в начале 1739 г. прибыл из Санкт-Петербурга Г.В.Стеллер (4). Таков был маршрут этих учёных по Восточной Сибири.
Об отъезде профессоров из Иркутска и о прибытии в город адъюнкта Г.В.Стеллера также имеется запись в начальной иркутской летописи. Так под 1738 г. в ней записано: «Профессор Миллер и дохтор Инеман со свитою отбыли из Ыркуцка на судах в Енисейск. Прибыл в Ыркуцк ад[ъ]ютант Егор Вилгерштелер, который сбирал травы и протчие куриозные вещи» (5).
Кто же эти профессора и как они попали в состав академического отряда второй Камчатской экспедиции?
Герард Фридрих Миллер родился 18 октября 1705 г. в ганзейском городе Герфорде в Вестфалии в семье ректора местной гимназии. После окончания гимназии в возрасте семнадцати лет он вступил в число студентов Ринтельнского университета. Проучившись здесь два года, он перешел в Лейпцигский университет. Пятого ноября 1725 г. двадцатилетним молодым человеком со званием бакалавра он прибыл в Санкт-Петербург и поступил на службу в Академию Наук. С 1731 г. он - уже профессор.
Иоганн Георг Гмелин родился 12 августа 1709 г. в Тюбингене в семье аптекаря. В возрасте тринадцати лет он поступил в Тюбингенский университет на медицинский факультет. Философию, логику и физику там преподавал Г.Бюльфингер, который затем уехал в Санкт-Петербург, где стал профессором Академии Наук. Профессора имели право привести с собой одного – двух студентов. Г.Бюльфингер предложил Гмелину перебраться в Санкт-Петербург. Гмелин морем прибыл в столицу Российской империи 30 августа 1727 г. Он преподнёс в дар императорской Кунсткамере собрание вюртембергских окаменелостей. В 1731 г. двадцатидвухлетний Гмелин был официально принят адъюнктом в Академию Наук (6).
Итак, оба молодых человека поступили в недавно организованную по указу Петра I Санкт-Петербургскую Академию Наук. Она сразу же стала, как и все европейские научные учреждения, вещью в себе. Санкт-Петербургская Академия Наук начала служить корпоративным интересам имевшего к ней отношение международного научного сообщества. Единственным, что, видимо, отличало Санкт-Петербургскую Академию Наук от других европейских Академий, было то, что выпускники немецких университетов, когда вставал вопрос об их трудоустройстве, предпочитали Санкт-Петербургскую Академию, считая, что в ней легче будет сделать карьеру, чем где-либо. Но членам Санкт-Петербургской Академии были присущи те же самые пороки, что и членам других Академий в Европе – это зависть, заискивание перед начальством, самомнение и т.п.
Когда открылась возможность стать членами академического отряда второй Камчатской экспедиции, молодые люди сразу же поняли, что на поприще изучения этой малоизвестной в Европе части света они получат известность и положение в европейском научном мире. Запад не знал Сибири. В Европе в начале XVIII в. вся Северная Азия от Печёры, Камы и Нижней Волги до Тихого Океана почиталась за Татарию, а все народы в ней - за татар (7).
Однако личные научные интересы Гмелина и Миллера не совпадали с государственными интересами людей, нанявших этих учёных. Эта коллизия проходит через все взаимоотношения Миллера и Гмелина с вышестоящим начальством во время их странствий по Сибири.
Вот что, например, пишет Г.Ф.Миллер о взаимоотношении с Академией Наук в своей автобиографии «Описание моих служб»: «Российскому государству служу я с 1725 года, но не имел я щастия в живых застать Петра Великого, коего указом для основанной сим государём Академии Наук, по призыванию президентскому, приехал я служить адъюнктом, а в 1730 году определён профессором. Около половины 1730 года, по удостоиванию всех членов академического собрания, наречён я господином президентом Блюментростом профессором истории и членом Академии Наук, а контракт мой начался 1 января 1731 года. В начале августа 1730 года по отпуску господина президента, отправился я в Англию, в Голландию и в Германию несколько для собственных моих нужд, а больше для того, что при таком случае поручены мне были некоторые по Академии дела, а именно следующие: Академия находилась тогда в великой расстройке. Большая часть профессоров были правлением академическим недовольны, и некоторые из знатнейших взяли абшиты. Сие обстоятельство могло Академии сделать бесславие в чужих государствах; чего ради препоручено мне было, куды я ни приеду, опровергать предосудительные слухи. Протчие мои комиссии состояли в том, чтобы уговорить новых профессоров к принятию академической службы, представить из славнейших учёных в почётные академические члены, чинить договоры с иностранными книгопродавцами о продаже книг, иждивением академическим напечатанных. Всё сие я исполнил; путешествие моё продолжалось от 2 дня августа 1730 года по 2-е же число августа 1731 года» (8).
Миллер Г.Ф. в бытность свою с 1754 г. секретарём Академии вёл переписку с иностранными учёными обществами и в результате этого были, как он опять же пишет в своей автобиографии, «наполнены через оную разные порожние места новыми профессорами» (9).
Таким образом, два молодых выпускника немецких университетов, став членами академического отряда второй Камчатской экспедиции, получили уникальную возможность принять участие в исследовании ещё неизвестного западноевропейской науке материка – Сибири.
Возглавлял вторую Камчатскую экспедицию капитан-командор Витус Ионассен Беринг. Он родился 12 августа 1681 г. в Дании в г. Хорсенсе. Юношей Беринг участвовал в плавании к берегам Ост-Индии. Из Ост-Индии он вернулся в Амстердам, где и произошло его знакомство с адмиралом Корнелием Крюйсом. По поручению Петра I Крюйс нанимал на службу в русский военно-морской флот опытных моряков. Этот датчанин был приглашён Крюйсом на русскую службу в 1704 году. Пётр I знал о том, что Витус Беринг плавал в 1703 году в Ост-Индию.
Вторая Камчатская экспедиция была второй не только для России, но и для Беринга тоже. Интересно, что о первой Камчатской экспедиции также упоминается в начальной иркутской летописи. Под 1725 г. читаем: «Прибыл(и) по указу отправленныя в Камчатскую экспедицию Морского флота порутчик Мартын Шпанберх, а потом капитан Иван Беренг, которые по нетребованию потребно в экспедицию отправились из Ыркуцка на Лену для отправления в Якутск» (10).
Как известно 23 декабря 1724 г. Пётр I подписал указ о снаряжении экспедиции для изучения т.н. вопроса «сошлась ли Азия с Америкой и где в Америке находится первый город европейских владений».
Не будем выяснять, действительно ли Петра I интересовал этот вопрос. Но, так или иначе, для Витуса Беринга, тогда ещё капитана, началась первая Камчатская экспедиция.
Целых пять лет с 6 февраля 1725 г. по 1 марта 1730 г. длилась эта экспедиция. В старейшей иркутской летописи есть и другая запись, касающаяся Первой Камчатской экспедиции. Так под 1729 г. написано: «В ноябре месяце прибыл из Якутска ис Камчатской экспедиции морского флота порутчик Алексей Чириков для принятия поверстных денег, которой и отбыл в том же месяце в Тобольск»(11). Таким образом, автор начальной иркутской летописи сообщает нам не только о Витусе Беринге, но и о двух его помощниках Мартыне Шпанберге и Алексее Чирикове.
Начальная иркутская летопись писалась сразу после 1763 г., то есть через 33 года после окончания первой Камчатской экспедиции и через 20 лет после окончания второй Камчатской экспедиции. Надо сказать, что те же самые помощники, что были с Берингом в первой экспедиции, были с ним и во второй. Вот как начальная летопись Иркутска отражает это. Под 1733 г. читаем: «В ноябре месяце прибыл в Ыркуцк морского флота капитан Мартын Шпанберг и требовал для отправления в Камчатскую экспедицию к строению судов плотников и протчих припасов. И по истребовании подлежащаго отправился в Ылимск и на Ленские пристани» (12). Под 1734 г. записано же: «В июне месяце прибыл в Ыркуцк морского флота капитан-командор Беринг и требовал в канцелярии [для] экспедиции на дачю в жалование денежной казны и протчих припасов и по истребовании отправился в Якуцк» (13).
Вторая камчатская экспедиция состояла из следующих отрядов: четырёх северных, тихоокеанского, которым, как и всей экспедицией руководил Беринг со своими помощниками Чириковым и Шпанбергом, и академического отряда, в который как явствует из начальной иркутской летописи входили Миллер и Гмелин. Эта летопись также сообщает о прибытии в Иркутск другого члена академического отряда, астронома Людовика Делиля де ла Кроера, который прибыл сюда несколько раньше, чем профессора Миллер и Гмелин. Так, под 1733 г. читаем: «В октябре месяце прибыл отправленной из Правительствующего Сената астрономии наук профессор Денил Делакроем со свитою и в 735-м году, как льдом покрылся Байкал отбыл в Селенгинск и на Кяхту» (14).
Вообще о полном составе академического отряда мы узнаём у И.Г.Гмелина из его дневника “Reise durch Sibirien, von dem Jahr 1733 bis 1743” (Путешествие по Сибири с 1733 по 1743 г.г.), который он издал в Гёттингене в 1751 г., после возвращения на родину. В состав академического отряда входили: профессора Герард Фридрих Миллер (неофициальный руководитель), Людовик Делиль де ла Кройер, Иоганн Георг Гмелин; студенты Степан Крашенинников (в дальнейшем профессор Санкт-Петербургской Академии Наук), Фёдор Попов, Алексей Горланов, Лука Иванов, Алексей Третьяков; переводчик Илья Яхонтов; землемеры Андрей Красильников, Ушаков, Никифор Чекин, Александр Иванов; инструментальный ученик Степан Овсянников; живописец Иоганн Христиан Беркан; рисовальный мастер Иоганн Вильгельм Люрсениус; двенадцать солдат конвоя; один капрал и один барабанщик (15).
На Людовика Делиля были возложены астрономические наблюдения; на Гмелина – наблюдения за всем, что касается натуральной истории, а именно наблюдения за травами, зверями, рыбами, птицами и минералами; а на Миллера – географические наблюдения и наблюдения за обычаями и обрядами различных народов.
Из текста летописи о прибытии в Иркутск Людовика Делиля де ла Кройера понятно, что в подготовке второй Камчатской экспедиции участвовал правительствующий Сенат. Известно также, что большую роль в этом деле играл обер-секретарь Сената И.К.Кириллов. Кроме Сената в организации этой экспедиции участвовали: Синод, Санкт-Петербургская Академия Наук и Адмиралтейств-коллегия. В это время во главе Адмиралтейств-коллегии стоял граф Н.Ф.Головин. Впоследствии к управлению экспедицией присоединился Кабинет министров.
Если в результате деятельности четырёх северных отрядов было исследовано побережье Северного Ледовитого океана; а тихоокеанский отряд открыл новые земли и острова, сделал более точные морские карты, описал береговые линии (правда, не были установлены торговые отношения с испанскими колониями), то академический отряд произвёл исследования исторические, ботанические, астрономические и этнографические. Об исследованиях членов академического отряда сообщает и наш начальный иркутский летописец. Вот что написано далее в этой летописи под 1736 г., после того, как сообщается о прибытии в Иркутск Миллера и Гмелина: «Миллер выписывал из архива и спрашивал старожилов ко описыванной истории, а доктор Гмелин збирал травы. И для того они ездили за Байкал до Кяхты, в Нерчинск и в Якутск» (16).
Что касается слов летописца «ко описыванной истории», то их, видимо, надо отнести к истории Сибири, написанной Г.Ф.Миллером по возвращении из Сибири.
Вот как об этом пишет сам Г.Ф.Миллер в своей автобиографии: «По возвратном моём из Сибири приезде, главнейшее моё попечение состояло в сочинении Сибирской истории, по собранным мною архивным спискам и собственным примечаниям» (17).
В этой связи нужно сказать, что библиотека ВСОИРОГО, а сейчас Отдел книжного фонда ИОКМ обладает прижизненным изданием оригинального немецкого текста истории Сибири Г.Ф.Миллера. Члены ВСОИРГО имели возможность пользоваться подлинным немецким текстом Истории Сибири. Современные историки Сибири лишены этой возможности из-за незнания немецкого языка и из-за того, что подлинный немецкий текст истории Сибири имеется в очень редких библиотеках.
Вообще, к моменту открытия в Иркутске 17 ноября 1851 г. Сибирского отдела Императорского Русского Географического общества (СОИРГО) дело изучения Сибири, как мы видим, уже имело свою славную историю. Знания о Сибири откладывались в напечатанных книгах, географических картах и атласах, а также в рукописных материалах. Поэтому в задачу Сибирского отдела с самого начала входило собрать как можно больше печатных и рукописных источников о Сибири, как на русском, так и на иностранных языках, ибо члены Сибирского отдела начинали изучать Сибирь не с нуля.
С момента образования СОИРГО можно говорить о качественно новом этапе изучения Сибири, тем не менее, все печатные издания, выпущенные в XVIII в., не потеряли актуальности к этому моменту. Эти книги или географические карты и атласы должны были рассматриваться членами Отдела как первоисточники для изучения Сибири. Печатные известия о Сибири на иностранных языках имели для учёных СОИРГО большое значение, так как численно они преобладали над известиями на русском языке. И, в частности, иностранная литература является единственным источником для изучения до-русской Сибири.
Что касается трудов Гмелина и Миллера, то библиотека ВСОИРГО обладала определённым числом прижизненных изданий этих авторов, и члены Отдела пользовались этими изданиями.
Давайте рассмотрим те прижизненные издания трудов Гмелина и Миллера из библиотеки ВСОИРГО, которые сохранились до наших дней и находятся сейчас в Отделе книжного фонда Иркутского областного краеведческого музея. Интересно проследить также взаимосвязь этих книг и их авторов с историей Иркутска.
Во-первых, начнём с прижизненного издания немецкого текста Истории Сибири Г.Ф.Миллера.
В библиотеке ВСОИРГО имелись ранее, а в Отделе книжного фонда ИОКМ имеются сейчас восемь из девяти томов (нет пятого) петербургского журнала “Sammlung Russischer Geschichte” (Собрание российских историй), который Г.Ф.Миллер выпускал с перерывом с 1732 по 1765 г.г. Перерыв был вызван его путешествием в Сибирь. Тома этого журнала были первым изданием, основательно знакомившим иностранцев с Россией и её историей.
В автобиографии Г.Ф.Миллера «Описание моих служб» читаем: «В 1732 году начал я издавать «Собрание российских историй» на немецком языке. Три первые части оных напечатаны были до отправления моего в Сибирь. Последующие три части первого тома изданы по оставленным от меня письменным сочинениям. Господин профессор Бейер, взяв на себя труд продолжить сие собрание, издал первые три части второго тома, после чего сие сочинение остановилось по то время, как я в 1758 году получил позволение продолжать оное» (18).
Вот на страницах этого журнала и увидел свет, написанный на немецком языке, главный труд Г.Ф.Миллера, явившийся итогом исторической части его экспедиционных исследований – состоящая из многих глав, «История Сибири». Главы с первой по пятую первого тома вышли в 1761 г. (в шестом томе журнала со страницы 109 по страницу 559), с шестой по десятую – в 1763 г. (в восьмом томе) (19).
Однако Г.Ф.Миллер написал 23 главы и успел довести свою историю до 60-х годов XVII в., а отдельные темы доведены до 1711 г. Но все эти 23 главы на немецком языке целиком увидели свет только в сжатом изложении И.Е.Фишера в его книге “Sibirische Geschichte”.
Книгой И.Е.Фишера “Sibirische Geschichte”, изданной в двух томах в Санкт-Петербурге в 1768 г., пользовались члены ВСОИРГО. Сейчас эта книга находится в Отделе книжного фонда ИОКМ.
О самом же И.Е.Фишере начальный иркутский летописец под 1741 г. пишет следующее: «Прибыл в Ыркуцк, адъюнкт Иоган Фишер, который требовал из архива дел ко описанию истории и ездил в Якуцк» (20).
Как мы видим И.Е.Фишер и Г.Ф.Миллер просматривали сибирские архивы. Вот что в этой связи пишет в своей автобиографии Г.Ф.Миллер: «Пересмотрел и в порядок привёл архивы во всех сибирских городах, так же и города Чердына, и нужное списал, которые списки составляют больше 40 больших книг в десять» (21). Действительно, Миллер Г.Ф. просмотрел до 20 архивов в городах и острогах. Всё записал в больших книгах. Это так называемые знаменитые портфели Миллера. Процесс работы был следующим: Миллер Г.Ф. просматривал документы, ставил знаки на полях, а переписчики из местных канцелярий переписывали (списывали). Он также пользовался реестрами. Где реестров не было, то студенты и переводчик читали документы сами и по своему усмотрению приносили, как им казалось, нужные документы Миллеру. Но с 1736 г., начиная с Илимского архива, он смотрит документы уже сам, никому не доверяя. В копиях документов, сделанных по указанию Миллера, имеются ошибки, переписчики были то ли малограмотны, то ли невнимательны. Но, тем не менее, все портфели Миллера представляют большую ценность, ибо множество архивных материалов было впоследствие утрачено.
Работал Г.Ф.Миллер и в частных архивах. Так, он за сносную цену приобрёл Ремезовскую иллюстрированную летопись и, тем самым, открыл её для науки. Хозяина летописи к продаже склонила Тобольская канцелярия.
Рассмотрим ещё одну книгу Миллера из библиотеки ВСОИРГО. Книга эта хранится сейчас в Отделе книжного фонда ИОКМ. Те члены ВСОИРГО, которые знали французский язык, могли пользоваться в своей библиотеке следующей книгой Г.Ф.Миллера “Voyages et decouvertes faites par les Russes le long des cotes de la Mer Glaciale et sur l’Ocean Oriental tant vers le Japan que vers l’Amerique. On y a joint l’histoire du fleuve Amour” («Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с Российской стороны учинённых с приложением истории реки Амур»).
Эта книга представляет собой двухтомник, выпущенный в Амстердаме в 1766 г. Она является переводом на французский язык двух очень интересных работ Г.Ф.Миллера. Одна работа, касающаяся морских путешествий русских в Северном Ледовитом и Тихом океанах помещена в первом томе, а вторая работа, касающаяся истории реки Амур, – во втором томе. Обе работы были написаны Миллером на немецком языке. На французский язык их перевёл С.Г.Ф.Дюма. Члены ВСОИРГО, которые знали немецкий язык, также могли наряду с французским переводом прочитать и немецкий оригинал этих работ.
Рассмотрим первую работу Г.Ф.Миллера. Она была напечатана на немецком языке в 1758 г. в третьем томе петербургского журнала Sammlung Russischer Geschichte на страницах 1 – 304 (22). Эта работа Г.Ф.Миллера называется “Nachrichten von Seereisen und zur See gemachten Entdeckungen die von Russland aus langst den Kusten des Eismeeres und auf dem Ostlichen Weltmeere gegen Japan und Amerika geschehen sind Zur Erlauterng einer bei der Academie der Wissenschaften verfertigten Landkarte.” И она была опубликована не только на языке оригинала и, как мы видим, во французском переводе, но и в английском и русском переводах. В русском переводе она была опубликована в 1758 г. в сборнике «Сочинения и переводы к пользе и увеселению служащие» под заглавием «Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с Российской стороны учинённых».
К французскому переводу этого труда Г.Ф.Миллера приложена новая карта открытий, сделанных русскими мореплавателями в северо-восточной части Тихого океана, под заглавием “Nouvelle Carte des Decouvertes Faites par des Vaisseaux Russiens aux cotes inconnues de l’Amerique Septentrionale avec les Pais Adjacents. Dressee sur les memoires authentiques de ceux qui ont assiste a ces Decouvertes et sur d’autres connoissances dont on rend raison dans un Memoir separe. A S. Petersbourg a l’Academie Imperiale des Sciences 1758”.
Карта выгравирована в Амстердаме в 1766 г., в том же году, в каком издана и книга. Но создана эта карта была Миллером, как явствует из её названия, в 1758 г. На ней достаточно подробно прорисован берег Сибири и схематично американский. Также на ней показаны маршруты кораблей «Святой Петр», где командовал Беринг и «Святой Павел», где капитаном был А.Чириков.
Но, как известно, ни Миллер, ни Гмелин не плавали к Американским берегам во время второй Камчатской экспедиции. Из членов академического отряда плавали только Л.Делиль-де-ла-Кройер и Стеллер.
В чём же тогда причина того, что Г.Ф.Миллер написал свою работу «Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с Российской стороны учинённых», а также сделал новую карту открытий русских мореплавателей в Северо-восточной части Тихого Океана.
Карта Миллера 1758 г. и его работа, поясняющая эту карту, вошли в научный оборот западноевропейской картографии и по праву занимают место самой важной книги и карты по вопросу русских открытий в Северо-восточной части Тихого океана.
Является очевидным то, что, появившееся в 1758 г., исследование о морских открытиях русских на Ледовитом и Тихом океанах преследовало явную политическую цель исторического обоснования прав России на пролив, отделяющий Азию и Америку, и на близлежащую к нему американскую территорию. Это так и было понято за границей.
Как бы в подтверждение давности прав России на пролив Г.Ф.Миллер в своём «описании морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с Российской стороны учинённых» впервые приводит документальные сведения о плавании Семёна Дежнёва, которое тот осуществил в 1648 г. Г.Ф.Миллер обнаружил эти сведения в якутском архиве, где хранилась отписка С. Дежнёва с разными просьбами и упоминанием о том, как он обогнул морским путём восточную оконечность Азии.
Интересна подоплёка появления этого труда и карты Г.Ф.Миллера. У члена академического отряда Людовика Делиля-де-ла-Кройера был брат, по одним сведениям родной, по другим двоюродный. Этим братом являлся известный французский астроном и географ Жозеф Николя Делиль (Joseph-Nicolas De l’Isle). Когда в 1725 г. была учреждена Санкт-Петербургская Академия Наук, он был приглашён Петром I на место директора астрономической обсерватории. В это время ему было 37 лет. Он-то и продвинул потом своего брата Людовика в члены академического отряда второй Камчатской экспедиции. Жозеф и сам совершил в 1740 г. путешествие в Сибирь для наблюдения за прохождением Меркурия по диску Солнца.
Интересовался он и картографией. Так ещё до приезда в Россию в 1706 г. в Париже Ж.Н.Делиль выпустил карту Татарии. А уже в России Жозеф собрал большую коллекцию русских рукописных карт. Участвовал он и в подготовке второй Камчатской экспедиции. Так, Ж.Н.Делиль создал карту Северной части Тихого океана, которая должна была служить хоть каким-то ориентиром для отряда Беринга. Используя свою коллекцию русских рукописных карт и имевшиеся к тому времени европейские карты, он и составил свою карту. Однако на европейских картах рубежа XVII-XVIII веков ещё не были отражены земли, которые в действительности существовали. Зато не было недостатка в гипотетических землях. Так, голландский мореплаватель Де Фрис, плававший в 1643 г. в районе Курильских островов, нанёс на карту между Японией и Камчаткой земли Кампании, Иезо (Иессо) и Штатов. Каждая из этих земель имела весьма большие размеры. Ещё более грандиозной изображалась на карте земля Хуана де Гама, названная по имени испанского мореплавателя, якобы открывшего её в 1649 г. в Северной части Тихого Океана. Все эти мифические земли были помещены на карте профессора Петербургской Академии Наук Жозефа Николя Делиля. Такой вот картой пришлось пользоваться Берингу, когда он начал своё путешествие.
В 1747 г. Ж.Н.Делиль ушёл с поста директора астрономической обсерватории и покинул Россию навсегда, прихватив с собой коллекцию русских рукописных карт. Поселился он в Париже, где и умер в возрасте 80 лет. Но задолго до этого он совершил действие, которое и заставило Г.Ф.Миллера написать свой труд и составить карту.
А произошло следующее. Вскоре по возвращении из России в Париж Жозеф Николя Делиль выступил в Королевской Академии Наук с докладом, в котором дал весьма предвзятый обзор истории плавания русских судов к берегам Америки, и в котором он все открытия приписал своему брату Людовику. Выступил он со своим докладом 8 апреля 1750 г. В этом же году он напечатал свой доклад и обнародовал карту с итогом русских экспедиций. Вот эти-то инсинуации и было Г.Ф.Миллеру поручено опровергнуть президентом Петербургской Академии Наук графом К.Г.Разумовским. В результате появился вышеназванный труд Миллера и карта как опровержение на статью Ж.Н.Делиля и на его карту (23).
Но до этого было другое опровержение. Это первое опровержение без подписи автора под заглавием «Письмо офицера русского флота к некоему знатному придворному по поводу карты новых открытий на севере Южного моря и приложенного к ней исследования Ж.Н.Делиля» появилось сначала по-французски отдельной брошюрой, а затем в XIII книжке периодического издания Nouvelle Bibliotheque germanique за 1753 г. Это опровержение было издано также по-немецки и по-английски (24).
Вот как этот факт отражён в автобиографии Миллера. «Хотя я и не был в Камчатке», - пишет Миллер, «но оттого никакого упущения не последовало. Господин Гмелин и я послали туда студента Крашенинникова, а потом господина адъюнкта Стеллера, коих мы снабдили общими наставлениями, по коим они всё нами им препорученное и исполнили. В то же время, т. е. в 1745 и 1746 годах изготовлена под беспрестанным моим надзиранием и по сообщённым от меня известиям новая генеральная карта о Сибири, на которой поправлены бесчисленные ошибки, находящиеся в Российском атласе. С сей карты три части напечатаны при Академии. Когда в 1752 году господин Ж.Н.Делиль в Париже издал известие и карту о учинённых во время Камчатской экспедиции россиянами американских мореплаваниях, с истиною мало сходное; тогда из Москвы прислан был в Академию указ, чтобы опровергнуть оное сочинение изданием другого, которое было бы оного основательнее. По сей причине сочинил я на французском языке: Lettre d’un officier de la Marine Russienne, т. е. письмо офицера русского флота, которое в 1753 году напечатано в Берлине. Сие сочинение иностранцами переведено на немецкий и на английский языки. В то же время сочинена по имеющимся при мне известиям и под моим надзиранием оным же мореплаваниям карта, которая вырезана на меди в 1754, а издана в свет в 1758 году. Часть упомянутой выше сего карты Сибирской губернии внесена тут же. Для изъяснения оной карты сочинил я обстоятельное известие о вышеупомянутых кораблеплаваниях и учинённых через оные открытиях, також и о всём происшедшем при обеих Камчатских экспедициях и о всём, что в намерении таких же открытий учинено прежде. Сие известие напечатано на российском языке в «Ежемесячных Сочинениях», а на немецком в «Собрании российских историй»» (25).
Как видим, карта 1758 г. и объясняющая её работа «Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с Российской стороны учинённых» являются вторым, более продуманным шагом в деле опровержения инсинуаций Ж.Н.Делиля.
А теперь обратимся ко второй работе Г.Ф.Миллера “Geschichte der Gegenden an dem Flusse Amur, von der Zeit, da selbige unter Russischer Oberherrschaft destanden” («История реки Амур»). Библиотека ВСОИРГО обладала прежде, а Отдел книжного фонда ИОКМ обладает сейчас прижизненным изданием этого труда Миллера в петербургском журнале Sammlung Russischer Geschichte (том 2, стр. 293 – 448), а также его французским переводом “Histoire du fleuve Amur et des pays adjacens, depuis la conquete des Russes” во втором томе вышеназванного двухтомника “Voyages et decouvertes faites par les Russes…”.
Этот труд Миллера интересен для нас тем, что он был написан для Лоренца Ланга, ставшего впоследствии иркутским вице-губернатором.
Вот как об этом сообщает Г.Ф.Миллер в своей автобиографии: «По имянному государыни императрицы Анны Иоанновны от 1 февраля 1740 года, так же и по сенатскому от 8 февраля того же года указам, сочинил я для господина канцелярии, а потом статского советника Ланге в пользу его негоциации с китайским двором некоторые известия, из коих то, что напечатать можно было, внёс я в историю о реке Амуре, напечатанную в «Собрании российских историй» и в «Ежемесячных Сочинениях»».
Что за человек был этот иркутский вице-губернатор? Лоренц Ланг, шведский инженер был принят на русскую службу Петром I. Он был фигурой во всех отношениях колоритной, человеком недюжинного ума и большой предприимчивости. Несколько раз исполнял дипломатические миссии в Китай. В результате чего он сыграл немалую роль в установлении дипломатических и торговых связей России с Китаем. В 1715 г. Пётр I поручил ему сопровождать ко двору китайского императора Шэн-Цзу-женя (известного европейцам под именем Канси) английского хирурга Томаса Гарвина. В 1719 г. с чином секретаря он отправился при посольстве Измайлова в Китай; по отъезде Измайлова из Пекина в марте 1721 г. остался там в звании резидента и прилагал все усилия, чтобы добиться от китайского правительства согласия на установление торга. После почти 1,5-годовых безуспешных усилий выехал в августе 1722 г. обратно. В июне 1739 г. был назначен вице-губернатором Иркутска (26).
Что касается вице-губернаторства Лоренца Ланга, то в этом отношении начальный иркутский летописец не скрывает своего мнения. Под 1740 г. он пишет: «Июня 26 дня прибыл в Ыркуцк стацкой советник и вице-губернатор Лоренц Ланг и бывшаго вице-губернатора Бибикова сменил и был в Ыркуцке 1752 году декабря по 26 число. С приезду года с три в делах и зборах был радетелен, а после того как слушать стал секретаря, то в делах произошли многие непорятки, а щоты почти вовсе остановлены, а в казённых зборах упущение. И многая в бытность ево запущена доимка, и секретари производили разныя статьи на откуп со упущением и чинили подряды и покупки высокими ценами, и бес пошлин докладывались по тем делам для своих лихоимственных взятков. И по тем делам оной вице-губернатор определения крепил бес[c]порно, хотя и не в силу указов и со упущением интереса. И к братцким был склонен, и которые в краже скота в полицию привожены были без всякаго наказания, по приказу ево вице-губернатора отпусканы свободно. А и[з] челобитчиков кто наперёд пришол, тому и верил, хотя [тот] и не прав. И в бытность ево происков секретарём Березовским многие безвинно наказаны и в [c]сылку посланы. А бедным и неимущим и суда сыскат[ь] было неможно» (28).
Обо всех своих путешествиях Л.Ланг оставлял обстоятельные записки, которые для своего времени содержали много ценных сведений. Например, библиотека ВСОИРГО обладала многотомным изданием “Recueil de voiages au Nord”. Оно выходило в Амстердаме с 1715 по 1738 г.г. На это издание, кстати, делает ссылку Г.Ф.Миллер в своей «Истории Сибири». Так вот в восьмом томе этого издания, вышедшем в 1727 г., мы находим труд Л.Ланга “Journal du sieur Lange, contenant les negociations a la сour de la Chine en 1721 & 1722 avec des remarques” (Журнал Ланга содержащий его переговоры при китайском дворе в 1721 и 1722 г.). Сейчас эта книга находится в Отделе книжного фонда ИОКМ.
И, в дальнейшем, в начальной иркутской летописи мы находим сообщения о Лоренце Ланге. Он был иркутским вице-губернатором в течение более тринадцати лет вплоть до своей смерти в 1752 г. Вот что записано в начальной иркутской летописи под этим годом: «С майя месяца вице-губернатор Ланг занемог, ногами стал пухнуть и в канцелярию за болезнию не ходил. А в октябре месяце за оною болезнию определил ордером в канцелярии дела управлять Якуцкаго полку подполковника Петра Мякинина, которой в правление вступил октября 6 дня. В декабре месяце по приказу вице-губернатора Ланга написана промемория в Селенгинск брегадиру Якобию о прибытии ему в Ыркуцк для принятия Ыркуцкой канцелярии и для управления дел за болезнию ево Ланга, которую он и скрепил, а декабря 26 дня в 4-м часу помре. И подполковник Мякинин означенную промеморию при своем доношении и послал к брегадиру Якобий. Декабря 30 дня означенного вице-губернатора тело вынесено на роспуски и повелено за полисад хоронить. Провожали имеющияся в Ыркуцке афицеры с салдаты и служилые строем, а канцеляристы и подканцеляристы шли при гробе со свечами, а за служилыми ехали сёстры ево и протчие из граждан мужеска и женска пола. По привозу и по отпетии по своему закону погребли близ бывшия часовни» (29).
Значимость первой и второй Камчатских экспедиций такова, что начальный иркутский летописец не только многократно упоминает о событиях к ней относящихся, но и невольно, говоря о, казалось бы, других событиях, он всё равно говорит о делах, так или иначе имеющих отношение к Камчатским экспедициям. Возьмём, например, запись, сделанную в начальной иркутской летописи под 1741 г. «В октябре месяце по разнице привезены в [с]сылку Артемья Волынского дети: дочь Анна и пострижена в девичьем монастыре, сын Пётр, который по указу увезён в Селенгинск за Байкал море в 742-м году» (30). Сам же Артемий Волынский был казнён 27 июня 1740 г.
Выше говорилось, что делами второй Камчатской экспедиции стал ведать впоследствии Кабинет министров. Разумеется, что деятельность экспедиции привлекла внимание Артемия Волынского в бытность его кабинет-министром с весны 1738 г. по весну 1740 г. Если до А.Волынского деятельностью экспедиции интересовались с точки зрения тех научных открытий, которые она могла дать, то он заинтересовался её стоимостью. Над экспедицией нависла угроза, которая не обошла бы стороной и Гмелина с Миллером. Но всё обошлось. Гроза, нависшая было над экспедицией, прошла стороной. А.Волынский в результате деятельности его противников был устранён из Кабинета министров и казнён.
Неизвестно чем бы кончилось вмешательство Волынского в дела второй Камчатской экспедиции, но судьба благоволила к Гмелину и Миллеру, и они продолжали исследование Сибири. Миллер был в Сибири с 8 августа 1733 г. по 14 февраля 1743 г. и затем вернулся в Санкт-Петербург. Вот что он пишет в своей автобиографии о годах, проведённых в Сибири: «Сибирское моё путешествие, в коем я все страны сего обширного государства, в длину и в широту, до Нерчинска и до Якутска объездил, продолжалось почти 10 лет. Отправился я туда 8 августа 1733 года. Каким образом я сие время проводил, о том доказывают присланные от меня в Правительствующий Сенат и в Академию Наук рапорты, ровно и сочинения мои, отчасти напечатанные, а отчасти и ненапечатанные. Всему путешествию сочинил я точное описание. Все дороги, коими я ездил, описал обстоятельно, некоторые дороги описаны и приданными мне студентами, о городах и их уездах, в рассуждении гражданского правления, истории и географии, собрал я потребные к тому известия; остатки древностей я описал и велел изобразить в лицах; нравы, употребления, законы и пр. тамошних народов описал же; новые ландкарты отчасти сам делал, отчасти ж геодезистов, при мне бывших, делать заставлял; канцелярские и секретарские дела путешествующего академического общества все отправлял я и господину Гмелину помогал в набирании натуральных редкостей. Многие оные труды причинили мне в Якуцке тяжкую ту гипохондрическую болезнь, которая препятствовала мне ехать до Камчатки, от которой я и по возвратном моём приезде несколько лет ещё весьма сильно страдал в Санкт-Петербурге» (32).
Поэтому, говоря о Миллере, мы должны иметь в виду, что рядом с ним работал И.Г.Гмелин. Но о Гмелине И.Г. речь пойдёт во второй части.
Примечания:
1. Летопись города Иркутска XVII – XIX вв. – Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1996. - С. 262.
2. [В. – А.Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.] // В кн.: Летопись города Иркутска XVII – XIX вв. – Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1996. - С. 34.
3. Миллер Г.Ф. О древних памятниках в уездах Селенгинском и Нерчинском // В кн.: Миллер Г.Ф. История Сибири. Т.1. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1999.
4. Белковец Л.П. Иоганн Георг Гмелин - М.: Наука, 1990. – С. 23-24.
5. [В. – А.Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.]... - С. 35.
6. Белковец Л.П. Иоганн Георг Гмелин …- С. 14.
7. Gmelin I.G. Reise durch Sibirien… - Gottingen, 1751. - Bd. 1. Vorrede.
8. Миллер Г.Ф. Описание моих служб // В кн.: Миллер Г.Ф. История Сибири. Т.1. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1999. - С.150 – 151.
9. Там же. – С.154.
10. [В. – А.Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.] … - С. 26.
11. Там же. – С. 29.
12. Там же. – С. 33.
13. Там же. – С. 34.
14. Там же. – С. 34.
15. Gmelin I.G. Reise durch Sibirien… - Gottingen, 1751. - Т.1. С.3-4
16. [В. – А.Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.] … - С.34.
17. Миллер Г.Ф. Описание моих служб … - С.152.
18. Там же. - С.151
19. Андреев А.И. Труды Г.Ф.Миллера о Сибири // в кн.: Г. Ф. Миллер История Сибири Т. 1. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1999. – С. 122.
20. [В. – А. Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.] // В кн.: Летопись города Иркутска XVII – XIX вв. – Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1996. - С. 36.
21. Миллер Г. Ф. Описание моих служб … - С. 152.
22. Sammlung Russischer Geschichte Т. 3, С. 1 – 304.
23. Постников А. В. Русская Америка в географических описаниях и на картах 1741 – 1867 гг. – СПб, 2000. – С. 69 – 71.
24. Андреев А.И. Труды Г.Ф. Миллера о Сибири … - С.109 – 110.
25. Миллер Г.Ф. Описание моих служб … - С. 153 – 154.
26. Зиннер Э.П. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и учёных XVIII века. – Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1968. – С.105.
27. [В. – А. Сибиряковы] [Летопись г. Иркутска 1652 – 1763 гг.] … - С. 22.
28. Там же. – С.36.
29. Там же. – С.44.
30. Там же. – С.37.
31. Там же. – С. 37.
32. Миллер Г.Ф. Описание моих служб … - С. 151 – 152.
33. Gmelin J. G. Reise durch Sibirien, von dem Jahr 1733 bis 1743. – Gottingen, 1751 – 1752.
(495) 682-42-07
Белти — универсальные коммуникации
интернет-агентство полного цикла
![]()
